За его неизменной и лучезарной улыбкой скрываются горькие детские воспоминания, психологическая травма, уходящая корнями в бесконечную череду семейных скандалов вокруг его старшего брата. Юный Минато был вынужден стать единственным связывающим звеном между враждующими сторонами. Эта изматывающая роль миротворца навсегда въелась в его подсознание, породив синдром спасателя. Находя подход к чужим ранам, он добровольно запер своё сердце на замок, задушив истинные чувства и желания. Именно эта отстраненность раз за разом губила его романтические связи: девушки неизбежно уходили, наталкиваясь на непроницаемую стену вежливости и не чувствуя за ней ни капли подлинной искренности.